Фотоматериалы

Фотографии с мероприятий, организуемых при участии СВОП.

Видеоматериалы

Выступления членов СВОП и мероприятия с их участием: видео.

Проекты

Масштабные тематические проекты, реализуемые СВОП.

Home » Главная, Новости

ОБЕСПЕЧЕНИЕ ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНОГО ЛИДЕРСТВА — ОСНОВА НАЦИОНАЛЬНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ

04.01.2021 – 23:21 One Comment

Андрей Ильницкий

Военная мысль

Министерство обороны РФ должно стать инициатором и интегратором этого процесса

Причины гибели больших империй —
неадекватность восприятия дей­ствительности правящими элитами1.

Британский историк А.Д. Тойнби

В cамый разгар коронакризиса первой волны (11 мая 2020) американская исследовательская организация RAND Corporation, работающая по заказам правительства и министерства обороны США, опубликовала доклад «Вглядываясь в хрустальный шар. Целостная оценка будущего ведения войны».

Новые угрозы

Главный вывод в данном доку­менте сформулирован следующим образом: «В ближайшее время по­литики могут и будут все чаще ис­кать военные решения, потому что военные — это один из немногих правительственных институтов, которым американцы доверяют»2Подобный выход из кризиса «через войну» — далеко не новое, а хоро­шо апробированное решение руко­водства США в области реальной политики. Для этого нужны вра­ги, поэтому в докладе определены главные оппоненты, препятству­ющие мировой гегемонии США: «Противники США — Китай, Рос­сия, Иран, Северная Корея и терро­ристические группировки, вероят­но, останутся неизменными»3.

Российская Федерация (РФ) в данном исследовании позиционируется как весьма агрессивный оппонент: «Реваншистская Россия становится все более агрессивной, вмешиваясь в дела Грузии, Украины и Сирии, подтверждая свою позицию великой державы»4По сути, РФ доктринально закреплена врагом США5,6. Администрации США могут меняться, но их антироссийский курс будет инвариантен. Из этого и следует исходить в стратегии.

Роль ядерного сдерживания в такой ситуации трудно переоценить. Запад во главе с США избегает прямой военной конфронтации с Россией, поскольку она способна нанести им неприемлемый ущерб. Поэтому буквально на наших глазах происходит изменение стратегии противостояния. В Концепции быстрого глобального удара и Стратегии национальной обороны США откровенно написано, что «горячей войне» должна предшествовать или полностью заменить ее так называемая прокси- или гибридная война.**

* Прокси война — международный конфликт между двумя странами, которые пытаются достичь своих собственных целей с помощью военных действий, происходящих на территории и с использованием ресурсов третьей страны, под прикрытием разрешения внутреннего конфликта в этой третьей стране. (Определение дано американским политологом Карлом Дойчем в 1964 году)7. Гибридная война — использование военных и невоенных инструментов в интегрированной кампании, направленной на достижение внезапности, захват инициативы и получение психологических преимуществ, используемых в дипломатических действиях, масштабные и стремительные информационные, электронные и кибероперации, прикрытие и сокрытие военных и разведывательных действий в сочетании с экономическим давлением. (Определение дано в ежегодном лондонском издании Международного института стратегических исследований в 2015 году)8.

Западные же экспертные группы из так называемых think-tank-ов (аналитических центров) в своих прогнозах и рекомендациях еще откровеннее. В качестве примера можно привести вышедший в апреле 2019 года фундаментальный доклад все той же RАND Corporation «Перенапряженная и несбалансированная Россия. Оценка воздействия вариантов наложения расходов»9. В этом труде американские эксперты изложили свою версию уязвимостей и слабостей России и предложили меры, которые стоит предпринять Западу для перенапряжения РФ, чтобы дезориентировать ее, замедлить развитие и в конечном итоге привести к распаду по аналогии с СССР. По версии RAND Corporation, США готовы объявить России гибридную войну по всем фронтам, включая экономические, информационно-идеологические, геополитические и военные меры.

Формирующее реальность качество прогнозов

Проанализируем качество данных прогнозов, чтобы понять, насколько целесообразно принимать во внимание описанные в этом и подобных докладах сценарии. Исследование RAND о перенапряжении России проводилось два-три года тому назад. Оно содержит весьма конкретные, расписанные по этапам, срокам и местам действия США на постсоветском пространстве. Поэтому уже сегодня можно увидеть и оценить реалистичность прогнозов. И сразу же напрашивается вывод — они продуманы, системны и точны, а реализация выстроенных на их основе планов — достаточно эффективна. Так, в четвертой главе доклада описываются семь возможных шагов США на пространстве геополитических интересов России:

  • предоставление летального оружия и военной помощи Украине;
  • возобновление поддержки сирийских повстанцев;
  • продвижение демократии и содействие смене режима в Белоруссии;
  • расширение связей на Кавказе, использование напряженности между Арменией и Азербайджаном;
  • усиление присутствия США в Центральной Азии, сокращение там российского влияния;
  • изоляция Приднестровья, разбалансирование ситуации в Молдавии: «Переворот и смена власти в Приднестровье и изгнание российских войск из региона станет ударом по престижу России»10.

Надо признать, что данные шаги в основном претворяются в жизнь. Подтверждение тому — события в Киргизии, Белоруссии и Нагорном Карабахе, скандальные выборы в Молдове. Возможная следующая, на наш взгляд, цель — Казахстан, который, кстати, интересен и Китаю, и США.

Не всегда США и НАТО действуют напрямую, чаще через своих союзников(Великобритания прежде всего), спецслужбы и агентов влияния в элитах, т. е. их планы нередко реализуют так называемые региональные операторы, будь то эрдогановская Турция на Кавказе и в Центральной Азии или Польша с прибалтийскими USA-вассалами на западных рубежах РФ.

Анализ показывает, что на очереди перенапряжение ситуации в Черноморском макрорегионе. Вышедший в октябре 2020 года доклад RAND «Россия, НАТО и безопасность на Черном море»11 посвящен новой стратегии военного, экономического и политического сдерживания РФ в южной Европе.

В данном докладе вашингтонские аналитики указывают, что для России Черноморский регион — важнейшая связующая линия сохранения сферы влияния, формирования будущего Европы и проецирования российской мощи в Восточное Средиземноморье и на Ближний Восток, а также позиционируют его еще и как место пересечения нескольких ключевых российских проблем с международной безопасностью.

В документе RAND даются и рекомендации гибридного воздействия на Россию с постепенным усилением военного давления в этом регионе. Помимо механизмов НАТО ставку предлагается делать на развитие двусторонних отношений и договоренностей между США и странами региона: Турцией, Украиной, Грузией, Молдавией, Румынией, Азербайджаном и Арменией. По каждой из них прописан отдельный сценарий взаимодействия с целью вовлечения в антироссийскую коалицию. Предлагается оказывать им военную, экономическую и информационную помощь, а также киберподдержку для противодействия России, включая весь спектр методов информационной войны и откровенное дирижирование политическими процессами. Не случайно в Черном море все чаще стали появляться боевые корабли и самолеты США и других стран НАТО.

Запад во главе с США избегает прямой военной конфронтации с Россией, поскольку она способна нанести им неприемлемый ущерб. В Концепции быстрого глобального удара и Стратегии национальной обороны США откровенно написано, что «горячей войне» должна предшествовать или полностью заменить ее так называемая прокси или гибридная война.

Следует понимать, что представленные в документах RAND выводы, предложения и рекомендации — либо уже реальная политика, либо станет таковою в ближайшее время.

Так будет, если Россия не «передумает» наших оппонентов, не сработает на опережение и срыв агрессивных планов США и НАТО. Бездействие фактически обрекает наше государство на существование в навязанной американцами и их агентами влияния повестке. А это категорически не соответствует суверенному выбору России.

Важно подчеркнуть — перенапряжение России по прогнозам RAND может быть успешным не потому, что американцы всем по-хозяйски «заправляют» на пространстве интересов России, а в связи с тем, что они четко предугадывают, а точнее, играя вдолгую, выявляют и прогнозируют на научно-аналитической основе тренды и как результат попадают в резонанс, оседлывая волну, четко подбирая ресурсы и исполнителей, действуя через третьи руки. Прокси-стратегия с технологиями софтпауэр (мягкой силы) — в действии14,15.

Фабрики смыслов — как это работает

Рассмотрим, как же работают «фабрики» формирования реальной политики — военно-аналитические мозговые центры — в ведущих странах мира, прежде всего в США. Существует несколько моделей их создания и функционирования.

Начнем с уже упомянутой RAND Corporation16Она являлась совместным проектом ВВС и корпорации «Дуглас» и была создана в 1948 году как некоммерческая исследовательская организация. Это отражало важнейшие на тот момент запросы и тенденции в развитии военно-политической сферы. Тип организации — негосударственный стратегический исследовательский центр. Провозглашенная миссия — содействие научной, образовательной и благотворительной деятельности в интересах общественного благополучия и национальной безопасности США, разработка и выявление новых методов анализа стратегических проблем и стратегических концепций. Обеспечивает прямую связь между государством и крупнейшими промышленными корпорациями.

С начала 1950-х годов RAND работает по заказам американских правительственных органов — Пентагона и разведслужб, прежде всего проводя исследования по военно-техническим и стратегическим аспектам актуальных проблем национальной безопасности, в том числе в космической сфере, информатизации и искусственном интеллекте.

В организационном плане RAND представляет собой мощную сетевую корпорацию со штатом в 1950 человек из примерно 50 стран, в том числе доктора наук — 54 %, магистры — 36 %, бакалавры — 10 %. Научные сферы персонала: экономика, социальные науки, политический анализ — 11 %; международные отношения, инженерия — 9 %; политические, естественные, поведенческие науки — 7 %; физические науки, компьютерные технологии — 6 %. К работе на временной основе под конкретные проекты дополнительно привлекаются тысячи лучших специалистов со всего мира.

В структуру RAND также включена высшая школа Frederick S. Pardee RAND Graduate School (докторантура в области анализа политики и практической работы над исследовательскими проектами), которая, с одной стороны, обеспечивает кадрами аналитические службы правительства США, а с другой — усиливает влияние и лоббистcкие возможности RAND.

Следует отметить принципиальную особенность RAND —относительная свобода для сотрудников, обеспечение им социальных и профессиональных лифтов, ориентация на продвижение и превращение их в значимые научные фигуры еще во время работы и за счет выполнения проектов в рамках данной организации. Поощряются также публикации и участие специалистов RAND в публичных политических дискуссиях в пределах определенных понятных ограничений.

Впечатляет список сотрудничающих с RAND лауреатов Нобелевской премии. Данная корпорация изначально имела надведомственную, междисциплинарную, внепартийную международную политическую платформу, обеспеченную широким интернет-представительством и издательской программой. Российский неправительственный Совет по внешней и оборонной политике (СВОП) и отчасти Международный дискуссионный клуб «Валдай» по степени публичности близки к RAND, но действуют в заметно меньших масштабах.

Важно и то, что у RAND имеется большой объем закрытых материалов, гарантированно изучаемых и оцениваемых на различных, включая высшие, уровнях руководства США. Это означает, что в RAND умело сочетается закрытость и открытость деятельности в качестве конкурентного преимущества. В России подобные ключевые предпосылки отсутствуют, поэтому в чистом виде повторение опыта RAND невозможно, хотя многое позитивное взять оттуда полезно.

Над разработкой и реализацией планов правительства США и стран НАТО в сфере реальной политики работает не только RAND, но и щедро финансируемая система десятков и сотен постоянных и ситуационных think/tank-ов — американских и европейских экспертных групп и институтов, обеспечивающих подготовку и принятие стратегических и оперативных решений на научно-аналитической основе. Рассмотрим деятельность некоторых наиболее известных из них.

Кроме приведенных в таблице организаций определенный интерес может представлять Королевский институт международных отношений, Великобритания (Royal Institute of International Studies, Chatham House)19, где внедрен секторальный (ведомственный) подход к проведению научных и экспертных исследований, но в рамках почти классической иерархической структуры.

Сети западных «мозговых центров» активно работают и как лоббистские центры, продвигая интересы политических групп, ведомств, корпораций и целых стран. Одной из самых современных и влиятельных американских лоббистских групп считается Центр новой американской безопасности (Center for a New American Security, CNAS)20, представляющий собой независимую, двухпартийную, инновационную, некоммерческую организацию, которая «разрабатывает сильную, прагматичную и принципиальную политику национальной безопасности иобороны»21. Основан в 2007 году соучредителями Dr. Kurt M. Campbell и Michèle A. Flournoy, находится в Вашингтоне.

С момента образования деятельность центра ориентирована на важнейшие стратегические решения США. Его ключевая миссия, как обозначено в отрытом доступе, заключается в информировании и подготовке руководителей национальной безопасности сегодня и завтра, т. е. кадрового резерва правительства США: «Наша программа динамичных исследований призвана формировать выбор лидеров в правительстве США, частном секторе и обществе для продвижения интересов и стратегии США»22.

Кроме лоббистской и кадровой работы CNAS проводит новаторские исследования и анализ, устраивает семинары, конференции и конгрессы для формирования актуального, по их мнению, дискурса по ключевым проблемам национальной безопасности, внутренней и внешней политики США. Центр активно привлекает в свои ряды отставных и действующих политиков и специалистов, которые занимали или продолжают занимать видные посты в правительстве США, Пентагоне, Государственном департаменте, Белом доме, Центральном разведывательном управлении, а также в Конгрессе и частном секторе. В результате получается влиятельная лоббистская сеть, пронизывающая властные структуры США и активно участвующая в формировании реальной политики Вашингтона.

«Мозговые центры» на Западе и прежде всего в США кроме собственно аналитической деятельности выполняют еще одну важную функцию, вытекающую из особенностей американской политической (избирательной) системы. Речь идет о том, что в случае смены администрации (с демократической на республиканскую или наоборот) новый глава государства, как правило, приводит с собой свою команду. Многочисленным сотрудникам Госдепартамента и других государственных структур, ориентированным на предыдущую администрацию, просто некуда деваться. «Мозговые центры» служат своего рода хабами, куда данная публика уходит на время нахождения у власти «чужой» администрации.

Оттуда они — уже в качестве экспертов — выражают свою точку зрения на тему внутри- или внешнеполитической линии США. Так формируется и накапливается национальный кадровый резерв, а сильные игроки не выпадают из государственной обоймы, обеспечивая преемственность стратегии.

Именно потому военно-политический курс США инвариантен при смене администраций. Такая схема вряд ли напрямую применима к российским политическим реалиям, в которых отсутствует цикличность, политическая система стабильна, а курс последователен. Но сам механизм накопления и преемственности интеллектуального ресурса в элитах следует, на наш взгляд, принять к сведению и по возможности реализовать с учетом российских условий.

Экспертно-аналитическое пространство России

Следует, к сожалению, признать, что в России дела с экспертно-аналитическим обеспечением политики в области национальной безопасности обстоят не лучшим образом. Эффективной системы, соответствующей новым гибридным вызовам, до сих пор практически не создано27. А имеющееся институционально-смысловое поле разделено по ведомственно-дисциплинарному принципу и разбалансировано. Отсутствует интегрирующий центр разработки и принятия решения в области национальной безопасности, не сформирована сеть экспертно-аналитических институтов («мозговых центров»), работающая под общую государственную стратегию в конкурентном режиме. И это на фоне все более обостряющейся геополитической обстановки в условиях разрушения существовавших в последние 30—35 лет механизмов ограничения военно-политической конфронтации и экономической конкуренции28. Так, администрацией Трампа повышен статус киберкомандования США до единого боевого командования, декларировано упрощение режима санкционирования киберопераций наступательного (!) плана с передачей полномочий от президента на более низкие уровни. Принята на вооружение концепция «перманентной активности и обороны на передовых рубежах» в целях захвата и удержания стратегической инициативы в киберпространстве, создавая у противника неопределенность в отношении их намерений за счет перенесения борьбы на вражескую «виртуальную территорию». Наблюдаются попытки повысить порог использования дестабилизирующих действий в отношении стран-конкурентов, лишь только пока не переходящие в прямое военное противостояние. Смена администрации США, на наш взгляд, лишь повысит «градус агрессивности» по отношению к России.

Складывающаяся военно-политическая обстановка требует качественного всестороннего анализа и прогнозирования основных направлений развития невоенных средств обеспечения военной безопасности страны и разработки мер противодействия возникающим угрозам29,30. Китайский стратег и мыслитель древности Сунь Цзы в свое время писал: «Самая лучшая война — разбить замыслы противника; на следующем месте — разбить его союзы, и лишь на третьем месте — разбить его войска»31. По сути, вышеупомянутые доклады RAND посвящены именно тому, чтобы методами гибридной войны разбить замыслы России.

На наш взгляд, Россия в этой «войне замыслов» в лучшем случае играет на чужом поле. Невостребованность научной экспертизы, сервильность элит, в том числе научных, чрезмерное увлечение пропагандистской и информационно-манипулятивной стороной политических и военно-политических вопросов представляется одним из наиболее значимых факторов, приведших к кризису прикладной военно-политической аналитики в России.

Возникший кадровый и концептуальный вакуум заполняется непрозрачными инициативными и самозванными структурами, привлекающими случайных, недостаточно компетентных специалистов. Эти структуры и эксперты, как правило, не имеют ни фундаментальной научной опоры, ни твердых патриотических убеждений. Из случайно набранных, «списанных в запас» по разным причинам бывших спецов и профессиональных грантоедов, а нередко и просто откровенных, но медийно шумных дилетантов, возникают полуформальные институты и группы влияния, приватизирующие «поле экспертных оценок и смыслов» в российских СМИ, и иногда, надо признать, и в политических элитах, т. е. там, где принимаются решения. Тем самым возникает организационная основа для внедрения в экспертно-политический дискурс неблагоприятных для ВС РФ и в целом государства позиций. Не говоря уже о возможном формировании «пятой колонны» и неконтролируемой системы утечек информации.

В российских же ведомственных научно-аналитических центрах либо распространена ситуация «театра одного актера», сервильно обслуживающего руководителя ведомства, либо отношения переводятся в непубличный режим, работы засекречиваются, а сотрудники полностью утрачивают статус в научной и экспертной среде. Это, в свою очередь, ограничивает приток новых кадров и приводит к интеллектуальному застою ведомственных закрытых структур.

Но главная, на наш взгляд, проблема — неготовность российских руководящих кадров воспринимать новую для них, непрофильную (т. е. на управленческом и дисциплинарном стыке) информацию, меняющую устои и сложившийся годами порядок вещей. Во истину, к данной ситуации разительно подходят слова, написанные испанским философом XX века Хосе Ортега-и-Гассетом: «Мы живем в эпоху, которая чувствует себя способной достичь чего угодно, но не знает, чего именно. Она владеет всем, но только не собой. Она заблудилась в собственном изобилии»32.

Какие меры целесообразно предпринять

Главный вызов, стоящий в данном контексте перед Министерством обороны и другими силовыми ведомствами России, — целостность осмысления гибридных угроз и ответов на них. Для этого необходимо создать интегрированную, не узковедомственную и отраслевую, а именно общенациональную систему безопасности, позволяющую владеть ситуацией по-настоящему, т. е. не только знать и понимать картину происходящего, но и прогнозировать и управлять ее развитием, тем самым вырабатывая государственную суверенную политику. Эта политика должна обеспечиваться институционально, технологически, кадрово и финансово33,34.

Первостепенное значение приобретает ускоренное формирование национальной системы противодействия гибридно-информационным угрозам35. Это может быть сделано в качестве актуального приоритета обеспечения национальной безопасности в рамках инициированной Правительством РФ реформы управления. Базовым принципом стратегии такого противодействия следует считать действия на опережение, обоснованные единой (комплексной) системой прогнозирования и предупреждения угроз и вызовов во всех сферах: образовании, культуре, экономике, науке, обороне и безопасности. Это позволит обеспечить предвидение и исследование возникающих угроз и вызовов, выработку предложений по стратегии их преодоления(разрешения), выводящей Россию на новый уровень обороноспособности, конкурентоспособности и влияния в мире.

На первом этапе построения такой системы целесообразно, на наш взгляд, создать на базе Министерства обороны РФ межведомственный интегрирующий центр — Научно-образовательный центр гуманитарных технологий (НОЦ ГТ), действующий по трем ключевым направлениям:

первое — мониторинг и анализ тенденций в развитии несиловой и ограниченно-силовой составляющей мощи ключевых государств мира, включая и информационные методы воздействия;

второе — проведение фокусных образовательных программ для представителей силовых ведомств и более широкого круга институтов власти в целях информирования их о новейших тенденциях развития военно-политической обстановки в мире;

третье — проведение научно-практических мероприятий или действий (публикаций), имеющих информационные и/или дезинформационные цели в отношении стран-конкурентов России.

Для кадрового и научного обеспечения деятельности НОЦ ГТ на базе одной или нескольких академий Вооруженных Сил РФ (Военная академия Генерального штаба ВС РФ, Военный университет Министерства обороны РФ и др.) следует создать факультеты и кафедры, а также вузовские научно-образовательные центры (НОЦ) подготовки и переподготовки кадров по тематике «Психологическая оборона» и всему спектру вопросов информационно-гибридного противодействия, разработать и внедрить соответствующие образовательные модули36. Данные вопросы предметно обсуждались, в частности, на круглом столе, проведенном в рамках Международного военно-технического форума (МВТФ) «Армия-2020»37,38.

Круглый стол на МВТФ «Армия-2020» по теме:
«Психологическая оборона. Борьба за историю — борьба за будущее»

В дальнейшем, отработав технологию на НОЦ ГТ, необходимо приступить к формированию и развитию на базе Минобороны России и смежных силовых структур, но под общим кураторством главного заказчика (по всей видимости Совета безопасности РФ) сети «мозговых центров», выполняющих научно-экспертную роль, оказывая содействие государству в выработке и реализации решений в области национальной безопасности. Данным центрам, построенным на современной научно-технологической основе, единой содержательной, целевой логике и конкурентном принципе, целесообразно определить ряд важнейших задач:

  • участие в экспертной работе по формулированию политической линии при наличии права высказывать альтернативную («диссидентскую») точку зрения;
  • глубокая проработка конкретных аспектов, связанных с реализацией различных вариантов конфликтных линий и угроз (военно-политические аспекты, этноконфессиональный срез, исторический подтекст, экономические особенности и др.);
  • выработка прогнозов и сценариев;
  • оказание непубличной поддержки в реализации линии государства, «подстраховывание» ее на экспертном уровне, например в форме контактов с «серыми» или неудобными игроками, предоставление площадки для диалога между противоборствующими сторонами в конфликте и др.;
  • формирование смыслов и актуальной информационной повестки, например, в форме публикации тех или иных прогнозов, идей и схем, которые могли бы претендовать на прорывной характер в целях изучения возможной реакции39,40,41,42.

Применение в «мозговых центрах» современных инструментальных средств поддержки принятия решений руководством РФ, ВС РФ и других силовых ведомств будет способствовать проведению качественного анализа военно-политических ситуаций в сфере национальной и международной безопасности, предотвращению влияния фактора внезапности и улучшению обоснованности предпринимаемых шагов по противодействию потенциальному противнику. Через данную сеть центров можно также осуществлять непрерывный мониторинг обстановки в административно-политической, финансово-экономической, информационной, кибернетической, военной, идеологической и культурно-мировоззренческой сферах, а посредством коммуникационных структур влияния и обратной связи — оценивать последствия принятых решений. В основе алгоритма их деятельности должны быть новейшие достижения в сфере искусственного интеллекта43.

Важный нюанс — обязательно необходимо, на наш взгляд, предусмотреть расширение интеллектуального пространства работы НОЦ ГТ на гражданскую среду44, поскольку существование чисто военного центра сузит возможности его влияния и присутствия не столько в научном, сколько в политическом пространстве. Для полноценного позиционирования центру нужны партнеры (существующие или созданные специально) из числа гражданских научно-экспертных, образовательных, политических и общественных структур. НОЦ ГТ, сеть «мозговых центров» и связанные с ними государственные органы должны иметь возможность пользоваться потенциалом подобных структур для продвижения своей позиции в России и за рубежом при наличии такой потребности или указаний высшего политического руководства. Требуется также внедрить механизм представления позиции НОЦ ГТ в открытых академических и популярных СМИ, участия сотрудников в гражданской научной жизни, что обеспечит научно-профессиональный рост сотрудников45.

В силу складывающейся общественно-политической, геополитической и военной обстановки в стране и мире работу НОЦ ГТ и сети «мозговых центров» следует, на наш взгляд, запустить уже в 2021 году и в течение ближайших трех—пяти лет развернуть их полномасштабную деятельность по следующим основным направлениям:

  • экспертно-аналитическое обеспечение управленческих решений в части, касающейся инновационных оборонных технологий в гуманитарной сфере;
  • привлечение экспертного сообщества для получения компетенций в вопросах национальной безопасности в информационной и гибридной сферах;
  • содействие Минобороны России, смежным силовым ведомствами гражданским структурам (в части касающейся) в выработке и реализации стратегий предупреждения (нейтрализации) гибридных угроз, поиске новых технологий выявления и упреждения информационных и киберугроз и формировании социально-коммуникационных технологий влияния;
  • поиск новых форм и методов противодействия гибридным угрозам;
  • разработка долгосрочных военно-политических и идеологических концепций в части, касающейся своей компетенции;
  • подготовка аналитических продуктов как стратегического, так и оперативного свойства по актуальной повестке: прогностика, форсайты и др.;
  • экспертно-аналитическое обеспечение программ сотрудничества ВС РФ с экспертным сообществом, смежными силовыми органами, научно-производственными структурами, бизнесом и общественными организациями в части, касающейся информационно-гибридного противодействия;
  • разработка и реализация учебных программ (курсов) по современным гуманитарным технологиям для Минобороны России, заинтересованных ведомств и структур;
  • организация и подготовка дискуссий, конференций, форумов, «мозговых штурмов», круглых столов по направлениям работы НОЦ ГТ;
  • формирование привлекательного образа ВС, других силовых ведомств и государства РФ в общественном сознании в стране и за рубежом.

Подводя итог, следует вновь подчеркнуть, что в России назрела объективная необходимость создания системы, обеспечивающей экспертно-аналитическое сопровождение решений, принимаемых в области национальной безопасности. Основу данной системы должен, на наш взгляд, составить образованный на базе Министерства обороны РФ межведомственный НОЦ ГТ и связанная с ним сеть «мозговых центров», работающих в единой интегрирующей научно-методологической логике на ведомственно-дисциплинарном, конкурентном принципе под единого заказчика и общую стратегию национальной безопасности в области противодействия гибридно-информационным угрозам.

Для кадрового и научного обеспечения деятельности НОЦ ГТ и сети «мозговых центров» на базе Военной академии Генерального штаба ВС РФ, Военного университета Министерства обороны РФ и некоторых других военных академий следует сформировать факультеты, кафедры и вузовские НОЦ для подготовки и переподготовки кадров по всему спектру вопросов информационно-гибридного противодействия, разработав и внедрив соответствующие образовательные модули. Подобную кадрово-образовательную работу требуется развернуть не только в Министерстве обороны и других силовых ведомствах, но и в гражданских вузах и федеральных органах исполнительной власти в части их касающейся.

Эффект от своевременной реализации представленных настоящей статье предложений, на наш взгляд, не замедлит позитивно сказаться на качестве решения задач по обеспечению национальной безопасности в области отражения информационно-гибридных угроз. В результате будет запущена деятельность уникальных, не имеющий аналогов в военных и гражданских структурах НОЦ ГТ и сети «мозговых центров», производящих как научно-аналитический, так и образовательный продукт, организована подготовка и переподготовка кадров (военных и гражданских специалистов) в области отражения гибридных угроз, обеспечено привлечение к сотрудничеству лучших экспертов и ученых страны. Тем самым будет внесен существенный вклад в исполнение требований Президента РФ и Министра обороны о лидерском уровне военного образования46.

В заключение уместно привести фразу великого российского дипломата канцлера А.М.Горчакова, написанную в XIX веке сразу после Крымской войны (1853—1856): «Россию упрекают в том, что она изолируется и молчит перед лицом таких фактов, которые не гармонируют ни с правом, ни со справедливостью. Говорят, что Россия сердится. Россия не сердится, Россия сосредоточивается!»47. Именно сейчас, перед лицом нарастающих гибридных угроз России вновь надо сосредоточиться для того, чтобы выполнить главную задачу — обеспечить национальную безопасность страны на десятилетия вперед. Министерство обороны РФ должно стать инициатором и интегратором этого процесса.

Важное замечание:

Автор благодарит Дмитрия Евстафьева, Александра Лосева, Дмитрия Куликова, Ирину Шойгу, Юлию Шойгу, Валентину Барабанщикову, Наталью Касперскую, Марию Ходынскую-Голенищеву, Марию Ленченко, Игоря Мишуткина, Павла Коновальчика, Николая Лишина, Дмитрия Витвинского, Игоря Ашманова, Виктора Мураховского и Федора Лукьянова, в обсуждениях с которыми вырабатывалась представленная в статье точка зрения.

ПРИМЕЧАНИЯ

1   Тойнби А.Д. Постижение истории. URL: https://www.rulit.me/books/postizhenie-istorii-sbornik-read-10353-1.html  (дата обращения: 05.10.2020).

2   Peering into the Crystal Ball. Holistically Assessing the Future of Warfare // RАND Corporation. 2020. № RB-10073-AF. URL: https://www.rand.org/pubs/research_briefs/RB10073.html  (дата обращения: 07.10.2020).

3   Там же.

4   Там же.

5   National defense strategy. URL: https://dod.defense.gov/Portals/1/Documents/pubs/2018-National-Defense-Strategy-Summary.pdf (дата обращения: 07.10.2020).

6   Report to Congress on Conventional Prompt Global Strike and Long-Range Ballistic Missiles. URL: https://news.usni.org/2020/02/17/report-to-congress-on-conventional-prompt-global-strike-and-long-range-ballistic-missiles-2 (дата обращения: 07.10.2020).

7   Микрюков В.Ю. Прокси войны // Научно-исследовательский центр проблем национальной безопасности. URL: https://nic-pnb.ru/analytics/proksi-vojna/ (дата обращения: 07.10.2020).

8   Ходаренок М., Зинченко А. Гибридное оружие войны. URL: https://www.gazeta.ru/army/2016/08/10/10112729.shtml (дата обращения: 07.10.2020).

9   Overextending and Unbalancing Russia. Assessing the impact of cost-imposing options // RАND Corporation. 2019. № RB-10014-A. URL: https://doi.org/10.7249/RB10014 (дата обращения: 07.10.2020).

10 Там же.

11 Russia, NATO,and Black Sea Security // RАND Corporation. 2020. № RR-A357-1. URL: https://doi.org/10.7249/RRA357-1 (дата обращения: 08.10.2020).

12 Мисник Л. Море раздора: США отправили корабль в Черное море //Газета.ru. 06.01.2019.URL: https://www.gazeta.ru/army/2019/01/06/12119983.shtml (дата обращения: 08.10.2020).

13 Аксенов П. Игра на нервах: что делают военные самолеты НАТО у российских границ? // BBC NEWS. 22.9.2020. URL: https://www.bbc.com/russian/features-54255234 (дата обращения: 08.10.2020).

14 Ильницкий А.М. Россия и мир: угрозы и возможности // Национальная оборона. 2020. № 1 (166). URL: https://oborona.ru/includes/periodics/geopolitics/2020/0123/163728477/detail.shtml (дата обращения: 08.10.2020).

15 Идеология обеспечения безопасности // Парламентская газета. 2019. URL: https://www.pnp.ru/social/ideologiya-obespecheniya-bezopasnosti.html (дата обращения: 08.10.2020).

16 RАND Corporation. URL: https://www.rand.org (дата обращения: 08.10.2020).

17 URL: http://svop.ru/photo/27215/ (дата обращения: 08.10.2020).

18 URL: https://ru.valdaiclub.com/multimedia/photos/fotogalereya-kholodnaya-voyna-dubl-dva-tretya-sessiya-xvii-ezhegodnogo-zasedaniya/ (дата обращения: 25.10.2020).

19 Royal Institute of International Studies. URL: https://www.chathamhouse.org (дата обращения: 08.10.2020).

20 CNAS. URL: https://www.cnas.org (дата обращения: 09.10.2020).

21 Там же.

22 Там же.

23 The Center for Strategic and International Studies, CSIS. URL: https://www.csis.org (дата обращения: 08.10.2020).

24 Defense Policy Board. URL: https://policy.defense.gov/OUSDP-Offices/Defense-Policy-Board (дата обращения: 08.10.2020).

25 CICDE. URL: https://www.cicde.defense.gouv.fr (дата обращения 08.10.2020).

26 SIPRI. URL: https://www.sipri.org (дата обращения: 08.10.2020).

27 Евстафьев Д., Ильницкий А.М. Пять гипотез о будущем мире // Международная жизнь. 2020.№ 8. URL: https://interaffairs.ru/jauthor/material/2380 ; Глобальный кризис как «запал» геоэкономических трансформаций: вызовы для России // Международная жизнь. 2019. №12. URL: https://interaffairs.ru/jauthor/material/2289 (дата обращения: 09.10.2020).

28 Ильницкий А.М. Новая стратегия сдерживания России // Красная звезда. 2020. 22 июня.

29 Психологическая оборона. Борьба за историю — борьба за будущее / Круглый стол. Министерство обороны РФ. URL: http://mil.ru/army2020/media/video/[email protected] (дата обращения: 09.10.2020).

30 Ильницкий А.М., Лосев А. Восточный поворот // Российская газета. 2019. 15 октября.

31 Сунь-Цзы. Искусство войны. URL: http://militera.lib.ru/science/sun-tszy/01.html (дата обращения: 09.10.2020).

32 Хосе Ортега-и-Гассет. Восстание масс. URL: https://librebook.me/the_revolt_of_the_masses/vol1/1 (дата обращения: 09.10.2020).

33 Ильницкий А.М., Мураховский B. Армия и общество // Арсенал Отечества. 2017. № 3(29). URL: https://arsenal-otechestva.ru/article/937-armiya-i-obshchestvo (дата обращения: 09.10.2020).

34 Ильницкий А.М. Гибридные войны: вызовы, угрозы, уязвимости // Национальная оборона. 2020. № 10. URL: https://oborona.ru/includes/periodics/geopolitics/2019/0624/114126921/detail.shtml (дата обращения: 09.10.2020).

35 Масленников О.В., Курочкин В.П., Алиев Ф.К., Тляшев О.М. Об информатизации Вооруженных Сил Российской Федерации // Военная Мысль. 2019. № 12. C. 57—67.

36 Акентьев С.П., Семенов В.В. Новый уровень военного образования // Вестник военного образования. 2017. № 6 (9). С. 4—6.

37 Психологическая оборона. Борьба за историю — борьба за будущее. Круглый стол. 25.08.2020. https://youtu.be/dxvn7c1TFa8

38 История формирует будущее // Арсенал Отечества. 2020. № 5 (49). URL: https://arsenal-otechestva.ru/new/1382-istoriya-formiruet-budushchee-2 (дата обращения: 09.10.20).

39 Ильницкий А.М., Ленченко М.К. Социальная империя как инструмент психологической обороны Российской Федерации // Военный академический журнал. 2020. № 2(26). URL: https://www.важ-ву.рф/single-post/n26_ru (дата обращения: 11.10.2020).

40 Ильницкий А.М. Цивилизация пространства // Парламентская газета. URL: https://www.pnp.ru/politics/civilizaciya-prostranstva.html (дата обращения: 11.10.2020).

41 Ильницкий А. Поправки к Конституции: обеспечение информационной безопасности — государственный приоритет // Парламентская газета. URL: https://www.pnp.ru/politics/popravki-k-konstitucii-obespechenie-informacionnoy-bezopasnosti-gosudarstvennyy-prioritet.html (дата обращения: 11.10.2020).

42 Евстафьев Д., Ильницкий А.М. Предположения о грядущем мире // Россия в глобальной политике. 2020. № 4. URL: https://globalaffairs.ru/articles/predpolozheniya-o-gryadushhem-mire/ (дата обращения: 11.10.2020).

43 Ильницкий А.М. Идеология обеспечения безопасности.

44 Ильницкий А.М., Мураховский В. Армия и общество.

45 Ильницкий А.М. Ответить на вызовы времени: необходимо пространственно-территориальное переосваивание страны // Национальная оборона. 2020. № 9 (174). URL: https://oborona.ru/includes/periodics/geopolitics/2020/0928/181930066/detail.shtml (дата обращения: 11.10.2020).

46 Акентьев С.П., Семенов В.В. Новый уровень военного образования.

47 URL: https://citaty.info/quote/365447 (дата обращения: 12.10.2020).



Метки: , ,

One Comment »

Оставить комментарий!

Вы можете использовать эти теги:
<a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>