Сергей Ознобищев: Прикосновенны наши пенсии и неприкосновенны военные расходы
В нынешних условиях, продекларированные нами же самими национальные цели и цели внешней политики все больше и больше на практике входят в противоречие друг с другом.
Сергей Ознобищев, директор института стратегических оценок, заместитель председателя, Ассоциация «Россия-США»
О целях внешней политики
В нынешних условиях, продекларированные нами же самими национальные цели и цели внешней политики все больше и больше на практике входят в противоречие друг с другом. Например, и в концепции внешней политики, и в стратегии национальной безопасности записано, что целью внешней политики является создание условий для устойчивого динамичного роста экономики России, технологической модернизации, перевода на инновационный путь развития. Но я уж не говорю сейчас про конституционную цель создания достойной жизни для граждан страны. Но есть и другая цель, которая записана среди наших национальных приоритетов. Это восстановление статуса мировой державы.
На нынешнем достаточно специфическом этапе развития российской истории, когда мы уже вплотную приближаемся к такому доморощенному по советскому типу кризису в отдельно взятой стране, совершенно очевидно, что денег на все катастрофически не хватает. Значит огромные триллионы и неприкосновенные триллионы, которые выделены на нашу оборонку, очевидно, входят в противоречие с теми приоритетами, о которых здесь говорил уважаемый г-н Рыжков [Владимир]. Или о том, что денег на муниципалитеты, или, попросту говоря, на наши деревни, на наши поселения не хватает. И дальше их будет взять неоткуда, потому что прикосновенны наши пенсии и неприкосновенны военные расходы. Это очень серьезная проблема.
Как реализуется цель мировой державы?
Она в том числе реализуется и в контексте противостояния с другими мировыми державами, в первую очередь с Соединенными Штатами Америки. А США, еще раз напомню вам, это страна номер один, это лидер модернизационного развития. И без того чтобы развивать это сотрудничество с Соединенными Штатами, мы не сможем выйти ни на какой сколько-нибудь благоприятный, нормальный уровень модернизации. Еще великий Сурков говорил, изучая этот вопрос, что суверенная модернизация невозможна. Время советских шарашек прошло. И только в этих самых модернизационных альянсах во внешнем мире, о чем говорил президент Медведев в свое время, мы сможем как-то двигаться вперед.
По-видимому, если выпало в империи родиться, то многие хотят в империи и умереть с имперской внешней политикой. Это личное дело каждого, но, к сожалению, в этом приходится участвовать и всем нам. Но ситуация, на мой взгляд, не настолько безнадежна, поскольку все-таки мы вползаем действительно в серьезный экономический кризис, и мне представляется, что здесь мы будем более вести себя по-партнерски, и нам понадобится и все больше и больше внешний мир, ресурсы внешнего мира и взаимодействие с внешним миром. Поэтому все-таки выход из положения мне здесь представляется возможным. Но и надежды на будущее нашей внешней политики, безусловно, самые радужные, потому что в МГИМО академик Торкунов организовал замечательную школу молодых дипломатов, поэтому ясно, что наша будущая внешняя политика будет, на мой взгляд, гораздо более логичной, чем нынешняя.
Материалы по теме
По итогам XXI Ассамблеи СВОП «Человеческий капитал России: как сохранить и преумножить?»
Константин Косачев: Кто навязывает России комплекс международной неполноценности?
Дмитрий Зимин: ВПК и его меняющаяся функция
Михаил Шмаков: Философия ценности труда должна лечь в основу оценивания труда
Владимир Дворкин: Первый приоритет – образование. Второй – экология. Третий – технологии. Четвертый – безопасность.