Ушёл из жизни Анатолий Адамишин

«А в конце в качестве компенсации за потраченное тобой время я расскажу тебе анекдот» — так завершал практически любой разговор, будь то по деловым вопросам, с какой-то сугубо бытовой целью или вообще просто так, Анатолий Леонидович Адамишин. Анекдоты его, говорю без всякой лести, были всегда смешные (а это особый талант, ведь хватает людей, которые стремятся балагурить, но не умеют этого делать).

Когда пару месяцев назад он позвонил по пустяковому поводу и впервые наш короткий диалог не увенчался шуткой, я понял, что дела не очень хороши.

Сам он, впрочем, сохраняя здравый и острый ум до конца, на вопросы о здоровье отмахивался. Правда, как-то сказал, что старость — настоящее испытание…

Анатолия Адамишина не стало в возрасте 90 лет. Его жизнь — и человеческая, и профессиональная — вместила в себя хронику не только страны, но и мировой политики. А послужной список вполне тянет на учебник новейшей истории. В МИДе с конца пятидесятых. Занимался Европой и европейской безопасностью — главное на тот период направление. В том числе переговорами, которые привели к подписанию Заключительного акта Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе ровно полвека назад. Участвовал в налаживании новых отношений с США, когда во второй половине восьмидесятых подули другие ветры.

Отдельная страница — Африка, урегулирование острых конфликтов на исходе холодной войны. Ну а потом — МИД уже обновившейся, но все той же страны в самый бурный и неразборчивый период становления дипломатии и государственности Российской Федерации. Посол в двух ключевых европейских странах — Италии и Великобритании. И венец государственной карьеры — министр по делам СНГ в то время, когда все это пространство представляло собой нечто и очень знакомое, и совсем неведомое.

Достижения и неудачи, триумфы и провалы отечественной дипломатии последней трети ХХ века — все это стало частью биографии Анатолия Адамишина, человека и гибкого, когда это требовалось, и принципиального, когда было нужно.

Судить тех, кому выпало принимать решения в ту пору, сейчас легко, задним числом многое видно. А многого, наоборот, мы уже не понимаем, не в состоянии ощутить, и это смещает фокус, искажает взгляд. Время объективной оценки тех лет еще впереди. Едва ли мы до конца осознаем, каких трудов стоило провести по меняющемуся фарватеру этот огромный корабль, имевший шансы разбиться об исторические скалы. Но этого не случилось — отчасти по историческому везению, но и, конечно, усилиями тех, кто нес ответственность и не уклонялся от нее.

Анатолий Леонидович — живой, задорный и всегда, до самого конца любопытный. Он умел найти такой угол зрения, который позволял необычно посмотреть на кажущийся очевидным предмет. И те, кому довелось работать или общаться с Адамишиным, согласятся: скучно с ним не было никогда.

Ироничный Адамишин не был похож на верующего. И все же хочется, оказавшись когда-то по ту сторону, встретить там его и услышать коронную фразу с уникальной интонацией сказителя: «Фё-о-о-дор, кстати, расскажу тебе один анекдот…» Он и там не утратит эту способность, нет ни малейших сомнений.

Фёдор Лукьянов

Не стало А.Л. Адамишина — одного из самых ярких и незаурядных российских дипломатов рубежа XX и XXI веков.

Мне выпала честь и привилегия тесно работать с ним в МИДе и в стенах российского парламента. Сразу становилось очевидным, что ты общаешься с человеком выдающимся.

Прежде всего, подкупали его энергия, инициативность и творческий потенциал. Он буквально фонтанировал идеями. Некоторые из них зачастую отпугивали начальство как несвоевременные и «недостаточно сбалансированные». Однако достаточно быстро выяснялось, что это далеко не так. В конечном итоге очень многие параметры курса на мирное сосуществование, на строительство архитектуры общеевропейской безопасности приобрели ясный отпечаток личности и творческих инициатив Анатолия Леонидовича.

В более узком профессиональном смысле он был итальянистом. И в строительстве прочной базы двусторонних отношений между СССР, а затем Россией и Италией, в особенности культурных, его вклад поистине неоценим.

Анатолий Леонидович был, и навсегда останется одним из ярчайших представителей той замечательной плеяды, которая стала не только исполнителем, но и правозащитником и мотором сложного и многостороннего процесса, который стал известен как разрядка международной напряжённости. Он был позитивным реалистом, хорошо понимая иллюзорность любых жёстких идеологических конструкций, и старался по мере сил ограждать нашу дипломатию от неумеренной приверженности им.

Его ум, опыт, жизнелюбие, чувство юмора, его некартинный, но сущностный патриотизм должны остаться и, я уверен, — останутся одним из маяков российской дипломатии, ориентиром на грядущие времена.

Владимир Лукин

Это был светлый и очень «ясный», для себя и для других, человек. У него были твердые принципы и ясное для себя и для окружающих понимание происходящего в мире и в политике собственной страны, которая, при его жизни, трансформировалась из Советского Союза в «новую» Россию, а, затем, — и в «новейшую» Россию.

И во всех этих, поистине «революционных» коренных переменах, гражданская позиция Анатолия Леонидовича оставалась неизменной, отвечающей долгосрочным интересам страны: «планируя свои внешнеполитические акции» российская власть должна, по его мнению, оценивать их «прежде всего с той точки зрения, принесут ли они реальную пользу стране». Именно так, принципиально, он ставил вопрос в своей замечательной книге «В разные годы. Внешнеполитические очерки».

Анатолий Леонидович принадлежал к «оптимистическому поколению застоя», которое он так точно окрестил в своей книге. Он, действительно, с оптимизмом смотрел в будущее. И вся его жизнь была посвящена работе над конструктивными идеями, которые позволяли переломить внешнеполитические подходы, укоренившиеся в эпоху застоя, найти новые, отвечавшие духу времени, решения. Крайне важен и вновь особенно актуален в наши дни сформулированный в книге один из концептуальных, обращенных в будущее, выводов многогранной внешнеполитической философии посла Анатолия Адамишина: «конфронтация — не выбор России». Так получилось, что именно над снижением «конфронтационного накала» в отношениях с западными странами сегодня вновь, как и после окончания «эпохи застоя», приходится активно работать отечественной дипломатии.

Владимир Дворкин, Сергей Ознобищев

Анатолий Леонидович Адамишин был одним из самых глубоких и интеллектуально честных — до безжалостности — профессионалов российской внешней политики. При этом он был очень тёплым человеком, наделённым не только блестящим умом, но и тонкой иронией и самоиронией.

Анатолий Адамишин родился в Киеве, но вырос и учился в Москве. Он был послом нашей страны в Риме и Лондоне, заместителем и первым заместителем министра иностранных дел, а также министром по делам СНГ. Ему поручалось урегулирование конфликтов в разных регионах мира — от Юга Африки до Центральной Америки.

Посол Адамишин был общественным и политическим деятелем, активным членом Совета по внешней и оборонной политике с момента основания Совета. Его выступления на ассамблеях СВОП неизменно привлекали особое внимание, поскольку отличались превосходным знанием предмета, безупречной логикой, свежим и трезвым взглядом на проблему.

Анатолий Леонидович оставил после себя не только добрую и благодарную память у тех, кому посчастливилось с ним общаться, но и книги (такие, как «В разные годы», «Чёрно-белое кино»), которые можно рекомендовать в качестве обязательного пособия для молодых дипломатов и специалистов-международников.

А.Л. Адамишин прожил долгую и очень насыщенную событиями жизнь. До самого последнего времени он живо интересовался международными делами и с присущей ему проницательностью анализировал происходящее, искренне интересуясь при этом мнением собеседника. Сейчас его земная жизнь закончена. Царствие Небесное! Здесь нам его будет очень не хватать.

Дмитрий Тренин

Анатолий Леонидович Адамишин был профессионалом высочайшего уровня. Более всего он известен как специалист по европейскому направлению (на нем проработал более 25-ти лет на всех уровнях дипломатических должностей), но занимался и многими другими вопросами. В переломное для нашей страны время в начале 1990-х как первый заместитель министра принимал участие в выработке решений по самым приоритетным направлениям российской внешней политики. Некоторые из его тогдашних характеристик российско-американских отношений (а сформулировать Адамишин умел точно и  выразительно) не потеряли актуальность и сегодня.

Особая сфера для Анатолия Леонидовича — СНГ. Фактически он закладывал работу на этом новом для отечественной дипломатии направлении, курируя его как первый замминистра с 1992 по 1994 (через несколько лет он ненадолго вновь вернулся к этому направлению в должности министра по делам СНГ). В тематике СНГ его особенно интересовал Таджикистан, урегулированием там конфликта Адамишин плотно занимался в 1992-1994 годы.

Но дело не только в профессиональном диапазоне. Интеллигентность, обширные знания, богатый опыт, критическое мышление — все вместе это превращалось в мудрость. Ей Анатолий Леонидович щедро делился в книгах и статьях. Но по меткому замечанию поэта: «мы многое из книжек узнаем, а истины передают изустно…». И действительно: от Анатолия Леонидовича можно было услышать ценные комментарии и о делах минувших, и о текущих.

Профессионализм Анатолия Леонидовича не был холодным и расчетливо-эгоистичным, это был профессионализм прагматичный, но при этом какой-то человечный, теплый. Без патетики, без позитивного или негативного драматизма («всё пропало» или, наоборот, «только сейчас есть уникальный шанс»), а с профессиональным спокойствием Анатолий Леонидович занимался сложнейшими вопросами и как дипломат-практик и после отставки как исследователь-международник.

Иван Сафранчук

Фото на превью статьи: Arivumathi (Викимедиа)