Фотоматериалы

Фотографии с мероприятий, организуемых при участии СВОП.

Видеоматериалы

Выступления членов СВОП и мероприятия с их участием: видео.

Проекты

Масштабные тематические проекты, реализуемые СВОП.

Home » 2013

«Демократия и меритократия: только меритократия дала демократии измерительную линейку, конкуренцию, которая определяет, кто же эти достойные»

Добавлено на 02.07.2013 – 18:48One Comment

Международная политическая конференция 1 июля.

1 июля 2013 г. Совет по внешней и оборонной политике (СВОП) провел международную политическую конференцию «Демократия и меритократия: совместимы ли два принципа?» Встреча была посвящена актуальной проблеме размывания границ между национальными интересами и глобальной повесткой, что в условиях высокой неопределенности осложняет правящим элитам принятие решений.

Участники конференции обратили внимание на то, что актуальность выбранной темы также обусловлена тем, что модели управления, которые ранее считались образцовыми, демократические модели, сейчас переживают кризис.

Иван Крастев, исследователь посткоммунистической ситуации в России и странах Восточной Европы, в своем докладе, опубликованной накануне встречи «Подъем и падение демократии? Меритократия?» задал основную тему дискуссии: так ли совершенна демократия, которая вроде бы минимизирует число управленческих ошибок и через систему представительства позволяет участвовать в принятии решений большему числу граждан. Происходит ли это на деле или же гражданам через манипулирование повесткой дня навязывается воля правительств, которых они не выбирали.

Сергей Караганов, почетный председатель президиума Совета по внешней и оборонной политике, декан факультета мировой экономики и мировой политики НИУ ВШЭ, объясняя причины текущего кризиса, обратил внимание на то, что Россия прошла 20 лет своего постреволюционного развития, не почувствовав куда и зачем она идет. 20 лет назад правящие элиты России допустили ошибку, не понимая, что тогда нужно было закладывать основы для формирования нового человека, более интеллектуального, более образованного, с иным уровнем притязаний. Уже тогда нужно было вкладывать ресурсы в развитие человеческого капитала. « Крупная ошибка заключалась в том, что мы из политических соображений провели массовую приватизацию, для того чтобы сломать хребет коммунизма, но мы не понимали, что собственность без права никогда не будет легитимна. Мы не понимали самих себя и тех жертв, которых нам стоил этот шаг», – считает С.Караганов.

Говоря о том, почему сегодня мы переживаем кризис демократии в мире, Сергей Караганов обратил внимание на то, что одной из причин кризиса стал глобальный вакуум лидерства: «Ушло лидерство – мы жили 60 лет без войны, без угрозы крупных социальных потрясений. Благодаря наличию ядерного оружия угроза ушла, требования к правящему классу уменьшились». Резюмируя свое выступление, С.Караганов подчеркнул, что одной из целей прошедшей встречи является поиск в мировом опыте трансформации государств крупиц, которые мы можем использовать в своем развитии.

Стивен Холмс, профессор права в Университете Нью-Йорка, считает, что в источниках кризиса демократии заложен конфликт между демократией и демографией. Это противопоставление наиболее выражено в конфликте между центром и периферией. Например, городское население имеет доступ к большим источникам информации, является активным пользователем интернета, в то время как сельские жители получаются информации из ограниченного числа источников. Социальный конфликт между экономической элитой и другой частью общества является еще одним вызовом демократии. Усложнение и наложение конфликтов ведут к тому, что правящая элита очень слабо разбирается в том, что происходит, и ей приходится искать объяснения и давать ложные обещания гражданам, манипулируя повесткой через сложную систему подотчетности. Правящая элита, тем самым, создает видимость высокой секретности своей деятельности, уменьшая пространство частной жизни обывателей. Высокая секретность не дает обществу достоверной информацию о том, чем занята правящая элита. Так общество теряет контроль над властью.

Ложно само ощущение, что демократия находится в кризисе только сейчас. Демократия всегда находилась под давлением и была связана с легитимностью власти, считает Шломо Авинери, профессор политических наук древнееврейского Университета в Иерусалиме. Легитимность власти создает повседневная рутинная работа, которая не дает быстрого эффекта. В России вопрос легитимности власти стоит очень серьезно: если власть не будет подотчётной, продолжится разрыв между правящим классом и народом. Но это проблема и для правящей верхушки, потому что без должного контроля она становится все более и более автократичной.

Крис Колдуэл, старший редактор The Weekly Standard, считает, что мы говорим о двух вещах, правление по заслугам и правление по мандату, которое предполагает систему привилегий для официальной власти. Меритократия создает напряжение в государствах переходного типа, в которых еще не сформирована демократия. В таких условиях демократия может сползти в сторону автократии – меритократия в неустойчивых системах может быть очень опасной.

По словам Андрея Мельвиля, профессора, декана факультета прикладной политологии НИУ ВШЭ, о кризисе современной демократии сегодня не говорит только ленивый. Преодоление кризиса посредством вхождения в новый кризис и есть работа демократии. Ее задача всегда заключалась в преодолении этих кризисов. Однако важно учитывать глубинные проблемы демократии, на которые придется реагировать тем, кто живет в условиях недемократии, но стремится к этому направлению: 1) воля большинства и бунт меньшинств рождает первое напряжение демократии, которое приводит к постоянным уступкам в пользу той или иной стороны; 2) демократия и либерализм, что связано с постоянным поиском баланса между правами человека и групповыми правами общества; 3) универсализм и реальные пределы демократии – глобальные пределы в плане распространения демократии вширь и структурно-функциональные особенности демократии как режима – порождает проблему пределов управляемости.

Андрей Мельвиль, обращаясь к теме встречи, также заметил, что меритократия в эксплицитном виде в демократическом идеале не содержится. Меритократия предполагает условия неравенства, что так противно демократии; неравенства не только результатов, но и возможностей.

Сравнительная политология дает очень много примеров эмпирических исследований, что демократию можно строить и в, казалось бы, неприспособленных для этого условиях, например, в африканских государствах. «Готово ли общество для демократии, существуют ли объективные предпосылки для демократии или их можно сконструировать? Почему-то сейчас стали сравнивать демократию с экономической эффективностью – демократия не про это. Ее эффективность нельзя приравнивать к экономической эффективности. Гибриды становятся не полустанками, а вполне устойчивыми политическими формами», – заявил эксперт.

Борис Макаренко, профессор НИУ ВШЭ, председатель правления Центра политических технологий, подчеркнул, что только меритократия дала демократии измерительную линейку – конкуренцию, которая определяет, кто же эти «достойные». Большая часть общества получила право на соревнование за то чтобы считаться достойными. Демократия стала инклюзивной. Инклюзивность имеет огромные издержки, но без этого меритократия невозможна. «По Роберту Далю, упрощенно, элита правит конкурентно и те, кто правит, не могут быть свободными от того, что о них думают. «Советский Союз сделал уникальную вещь», – по мнению Б.Макаренко, – «создал практически западное общество без институционализированной конкуренции в экономике и без конкуренции в политической сфере. Поэтому и меритократия в СССР оказалась на очень низком уровне. Нового русского человека (на создание которого могла бы работать власть, как отмечали эксперты выше) нельзя создать без рынка — без конкуренции в политике новый человек невозможен».

Полная стенограмма конференции

Фотоматериалы

Видеозапись

One Comment »

  • Рагиб БАЙРАМБЕЙЛИ (БАЙРАМОВ):

    Если мне зададут вопрос: «А что такое демократия?», я смело могу ответить, что по моим наблюдениям, демократия это не выбор большинства, а скорее- для развитых организаций (институтов), для развитых стран и сообществ людей это означает возможность «работы над ошибками». Помните такое понятие как «работа над ошибками» по урокам русского языка и литературы в 5-6 классах в советское время? Перед всем классом прежде всего обсуждались самые яркие и ведущие сочинения, разбирались ошибки и весь класс имел возможность оценить и блеск и ошибки наиболее успешных учеников. Таким образом, и другие ученики имели возможность учиться наиболее оптимальным решениям, а лидеры- могли смело выставлять свои работы напоказ, не покрывая свои мелкие и даже крупные «шалости»! А теперь, если вернуться в контекст мировой политики, на место успешных учеников класса поставьте ведущие мировые державы, весомые человеческие организации, крупные транснациональные корпорации и другие влиятельные человеческие иерархии. Вот вам и модель для всемирной демократии м возможно меритократии: возможность «работы над ошибками». С уважением. Рагиб БАЙРАМБЕЙЛИ (БАЙРАМОВ)(Анкарский Университет, Факультет международных отношений)

Оставить комментарий!

Вы можете использовать эти теги:
<a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>