Статьи Архив 1 февраля 2014
Александр Лебедев: О революционной сознательности и здравом смысле
![](https://svop.ru/wp-content/uploads/2014/02/AL-0102-150x150.jpg)
Конфликт в РПР-ПАРНАС: спор о тактике боя с «административным ресурсом»
Владимир Рыжков, Борис Немцов, Михаил Касьянов — РИА Новости
Общественные работы, знаете ли, исправляют. Вот я и решил все-таки вставить свои беспартийные пять копеек в дискуссию, которая развернулась в РПР-ПАРНАС, ведь она имеет отношение не только к внутренним делам оппозиционной партии, но и затрагивает интересы общества в целом.
Напомню, о чем речь. После поездки Владимира Рыжкова на Валдай и его участия во встрече президента с руководителями непарламентских партий радикально настроенные соратники обвинили лидера бывшей Республиканской партии в коллаборационизме. Дескать, власть преступна, поэтому разговаривать с ней не о чем. Наиболее выпукло эта позиция проявилась в выступлениях Ильи Яшина. «Тех, кто вчера кричал про нелегитимную власть на митингах, а сегодня по первому зову из Кремля бежит к Путину чайку попить и заискивающе улыбается, — таких в Кремле презирают», — пригвоздил Рыжкова в своем блоге Яшин. И присовокупил к этому издевательское видео.
«Власть отвратительна, как руки брадобрея», — писал Мандельштам. Однако цитирующие эту фразу к месту и не к месту упускают из виду, что ее можно трактовать по-разному. Осип Эмильевич, как правило, бороды не носил. То есть услугами брадобрея пользовался. Ничего такого ужасного и неприличного в самой по себе профессии цирюльника ведь нет. Напротив, очень нужное ремесло, особенно в те времена, когда мир еще не знал, что для мужчины нет ничего лучше Gillette (вспоминается еще одна мандельшатмовская строка — «пластинкой тоненькой жиллета легко щетину спячки снять…»), и избавление от щетины с помощью опасной бритвы лучше было доверить профессионалам. Когда я был депутатом Госдумы, мне, представьте, было не всегда приятно каждый день пожимать руки некоторым персонажам из правящей партии. Однако благодаря членству в ее фракции удалось провести закон о запрете игорных заведений (если кто забыл — «столбики» и однорукие бандиты 10 лет назад в Москве стояли у каждой станции метро, а игромания приводила к десяткам тысяч человеческих трагедий) и поправки в УК и УПК, регламентирующие особый порядок досудебного соглашения со следствием. Обе эти законодательные инициативы получили поддержку президента РФ — иначе пылиться бы им до сих пор на дальней полке. Именно «сделки с правосудием», в необходимости которых мне удалось убедить власть, за пять лет позволили раскрыть сотни особо тяжких преступлений и ликвидировать десятки ОПГ. Неужели все это не стоило того, чтобы «чайку попить»?
Мы живем в реальном, а не выдуманном мире. Если что-то в нем нам не нравится, то это можно изменить. Во всяком случае, попытаться. Но исходить надо из фактических обстоятельств — чудес не бывает.
Мне, например, очень не нравится коррупция. Считаю, что это главная проблема и беда России, потому что плохие дороги и обилие дураков происходят от нее — денег не хватает ни на строительство, ни на образование. Но я отдаю себе отчет в том, что эту проблему невозможно решить одним махом, потому что коррумпированная система (если можно так сказать — своеобразная культура коррупции) складывалась веками. Даже если завтра всех чиновников заменить на революционеров, нет никакой гарантии, что через некоторое время они не начнут заниматься теми же самыми темными делишками (хотя привлекать коррупционеров к ответственности все равно надо).
Системные проблемы решаются системными мерами. Например, в том, что касается коррупции, это не только наш внутренний вопрос. Я имею в виду не мелких мздоимцев и гаишников-взяточников, а высокопоставленных «долбинов» (должностных лиц с бизнес-интересами), которые пилят миллиардами. Бороться с ними без международных усилий невозможно. Ведь похищенные капиталы они отмывают не на острове Русский, а в тихих офшорных гаванях Карибского моря и герцогства Люксембург. А от легализованных доходов только небольшая часть «закапывается» на вилле с шубохранилищем в «Домодедово», остальное вкладывается в банки и недвижимость в Лондоне и на Лазурном Берегу Франции. Поэтому для того, чтобы перекрыть поток грязных денег, надо поставить затычку с другой стороны трубы. А для этого необходима международная организация, финансовый Интерпол, который занимался бы расследованиями коррупции и трансграничных мошенничеств.
Революции задумываются романтиками, осуществляются фанатиками, а их плодами пользуются негодяи. Эта прописная истина сегодня, на наших глазах может воплотиться (а может, и нет) на Украине, причем второй раз за десятилетие. До этого ровно тот же сюжет был в Египте и других странах «арабской весны». России с ее историческим опытом революции категорически противопоказаны. Следовательно, единственно возможный путь — реформы. А реформа предполагает как минимум диалог с существующей властью, которая у нас является вертикально интегрированной. И, разумеется, попытки изменить ее через участие в легальных политических процедурах, прежде всего — выборах. И не только.
В России все-таки, несмотря на фильтры и фальсификации, институт выборов существует и развивается. В прошлом году в Москве прошли конкурентные выборы мэра. Я о таких условиях для ведения кампании в 2003 году мог только мечтать. В наступившем году знаковым событием станут выборы в Мосгордуму. Уникальность ситуации в том, что «Единая Россия» заведомо расписалась в собственном фиаско, ликвидировав выборы по партийным спискам. (В прошлом влиятельный антилужковец Николай Гончар, сделавший малоудачный выбор в пользу ЕдРа, утверждает, что партия власти пойдет под своим флагом. Флаг им в руки.) В этой ситуации поистине гамлетовским вопросом повестки дня станет то, смогут ли оппозиционные политические силы и лидеры договориться и выставить в одномандатных округах сильных, согласованных кандидатов. Если смогут — есть шанс дать генеральное сражение «административному ресурсу». Если нет, то бесконтрольная, безответственная и коррумпированная бюрократия так и будет плыть по течению, ведя страну в никуда. Так что я — на стороне Рыжкова, если сложно объяснил свою мысль.